Мария Голикова (erdes) wrote,
Мария Голикова
erdes

Categories:

О загадочной любви к символам, дубль 2

Это реинкарнация недавно удалённого поста, с изменениями и дополнениями.

В посте шла речь о том, что я не люблю в реалистических по стилю книгах героев, которые введены автором только для того, чтобы символизировать нечто. Этакие заведомые герои-символы.

Сразу уточню: речь не идёт о героях, которые точно воплотили какой-то психологический тип и стали для читателя символами. Нет, разговор только о тех, что сразу были задуманы как символы. Например, Том Бомбадил во "Властелине колец" Толкина, символизирующий первозданную природу старой Англии. Или Платон Каратаев из "Войны и мира", символ гармоничного, цельного человека.

Казалось бы, в чём проблема? Литература пронизана всевозможным символизмом, очень многие герои воплощают некие качества, транслируют определённую жизненную позицию и так далее.

Но почему же всё-таки персонажи типа Бомбадила или Платона Каратаева вызывают (у меня -- говорю только за себя) явный дискомфорт, самим своим появлением разрушают гармонию? Думаю, потому, что они по природе своей не вписываются в систему персонажей.

Многие необходимые нормальному герою черты у героя-символа напрочь отсутствуют, психологизма нет, а те качества, ради которых он, символ, задуман, неестественно выделены... И всё это автор пытается втиснуть в облик "обычного" героя -- но каркас постройки тут и там выглядывает из-под маскировки.

Тут возникает ещё одна сложность: содержание, как известно, неразрывно связано с формой, следовательно, герой-символ требует иных художественных средств, нежели обычный герой. Так возникает ещё и стилевая неоднородность: в эпическом, реалистическом "Властелине колец" Том Бомбадил говорит только стихами. У Платона Каратаева в более чем реалистической эпопее круглое всё, что может и не может быть круглым, Толстой постоянно повторяет этот эпитет (потому что круг -- символ завершённости, вечности, гармонии). И вдобавок Каратаев изъясняется пословицами. Если понимать реализм как типизацию действительности, это ведь уже не вполне реализм.

Друзья, как вы относитесь к такого рода героям? Я не говорю, к примеру, о баснях, где аллегория естественна, или о поэзии. Я говорю о более-менее реалистической прозе, где все персонажи, люди они или хоббиты, живут своей жизнью, у них есть характер, история, мотивы. И вдруг -- среди них возникает другой персонаж, и психологически, и эстетически инородный остальным. Читаешь и удивляешься, отчего он такой несуразный -- а потом выясняется, что это вообще не персонаж, не характер, а математическая функция. К примеру, символ трагической судьбы страны или чего-то в этом роде.

Такие герои вам нравятся? Кажутся естественными?
Tags: вопросы, раздумья, филология
Subscribe

  • Ушёл Владислав Крапивин

    Сегодня ушёл Владислав Крапивин. Писатель, без которого моё детство было бы другим. Первую его книгу я прочитала по совету подруги, а потом…

  • Новая рецензия на "Тридцать третий румб"

    Рецензия поэта и журналиста Дмитрия Кузнецова на роман "Тридцать третий румб":Опубликовано Марией Голиковой Среда, 23 января 2019 г.

  • Порт-Ройал в "Тридцать третьем румбе"

    Одной из главных целей романа «Тридцать третий румб» было максимально точное воссоздание морского быта XVII-XVIII вв. В книге упоминаются заметные…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments

  • Ушёл Владислав Крапивин

    Сегодня ушёл Владислав Крапивин. Писатель, без которого моё детство было бы другим. Первую его книгу я прочитала по совету подруги, а потом…

  • Новая рецензия на "Тридцать третий румб"

    Рецензия поэта и журналиста Дмитрия Кузнецова на роман "Тридцать третий румб":Опубликовано Марией Голиковой Среда, 23 января 2019 г.

  • Порт-Ройал в "Тридцать третьем румбе"

    Одной из главных целей романа «Тридцать третий румб» было максимально точное воссоздание морского быта XVII-XVIII вв. В книге упоминаются заметные…